(no subject)

Эта картиночка висит здесь потому, что 20 ноября Тервель поёт в Хельсинки. А у меня есть билет.

Осиная фабрика

На диске с кушейной "Флейтой" дают длинный бэкстейдж с массой интервью, в тч Арнонкура и Кушея. Арнонкур Кушея хвалит и говорит, мол, когда ставят "Флёте" как простосказочку, я чувствую найопку. Ну а я перевёл, что говорит Кушей. Интервью прекрасное, я много ржал. Текст не передаёт, но всю мимику не закапсишь. Впрочем, не только в смешном дело.
Итак, дамы и господа – Мартин Кушей, ещё один человек без чувства юмора.

---

Мартин Кушей: Это сказка, волшебная пьеса, запутанная и совершенно не логичная, без чёткой структуры и с неудачными сюжетными линиями. Когда тебе предлагают это поставить, хочется рвать на себе волосы.
Мы решили оставить всё, как есть и подчеркнуть фрагментарность и резкую смену событий, как и написали Шиканедер и Моцарт – к счастью, мы с Николаусом Арнонкуром быстро пришли к выводу, что опера странная и запутанная, но замечательная. С один момент. Другой – это переход от сна к кошмару.
Для меня театр – это всегда другая форма реальности. Мне интересны люди и то, что происходит у них в душе. И я достаточно хорошо знаю Моцарта, чтобы понимать: об этом он и писал.
Вопрос: Вы сами – человек мрачный?
Долгая пауза.
Мартин Кушей: М-да, здесь надо было ответить "нет" и широко улыбнуться.
При напряжённом репетиционном периоде погружаешься в процесс с головой. Это отнимает все силы, так что неизбежно кажешься мрачным. Постоянно всеми командуешь, указываешь, кому куда пойти и что сделать. После подобной работы сильно устаёшь.
C ребёнком или с друзьями я обычно выгляжу повеселее.
Вопрос: На ваших первых репетициях я видел совершенно другую "Волшебную флейту", в которой персонажи внезапно превращались в зеркальные отражения друг друга. Вы так пытались показать светлые и тёмные стороны одного человека?
Мартин Кушей: Именно так. Я рад, если это видно. Такую цель мы и ставили. В "Волшебной флейте" множество подобных отсылок и двусмысленностей. Например, о чём она: о счастливых влюблённых или о несчастной любви?
Вопрос: Зрители часто говорят, что режиссёрский театр – это торжество эго режиссёра. Что думаете вы?

Мартин Кушей: Ерунда.

Долгая пауза.
Вопрос: Вы работаете не так?
Мартин Кушей: Я достаточно образован и подготовлен. Думаю, здесь нужно встать на защиту и многих моих коллег: всё, что происходит на сцене, продумано от начала до конца и происходит не просто так – по крайней мере, в большинстве случаев.
Лично мне больше нравятся постановки, вызывающие раздражение и недовольство, чем пропахшие нафталином спектакли в духе Дзеффирелли, которыми можно наслаждаться, скажем, в Ла Скала. Мне они совсем не по душе, а если начистоту – никому не по душе.
Вопрос: В чём секрет той музыки, которая зачаровывает людей сейчас так же, как и двести лет назад?
Мартин Кушей: На этот вопрос ответить нельзя.
Но лично меня она зачаровывает. Сегодня на репетиции – опять. По спине бегут мурашки, я испытываю воодушевление и сопереживаю героям.
Разумеется, я понимаю – и как режиссёр тоже, – что нечто происходит на несознательном уровне. Я не могу ни понять этого, ни объяснить, но оно есть. Это удивительное ощущение.
Вопрос: Что вы делаете перед премьерой? Что чувствуете, когда ваша работа вдруг начинает жить собственной жизнью?
Долгая пауза.
Мартин Кушей: Скажу честно – для меня это сейчас совершенно нормальный процесс. Неловко признаваться, но смотрю я на это довольно отстранённо, ведь "Волшебная флейта", кажется, мой шестьдесят восьмой спектакль. На генеральной репетиции мне нравится представлять себя не режиссёром, а обычным зрителем. Я отбрасываю критический взгляд и позволяю себе эмоционально вовлечься в происходящее. Но всё-таки это – моя работа. Я работаю на фабрике по производству эмоций.